Благочестие. Оно нам надо!

Автор: | Сентябрь 30, 2016

5.30 утра. Неумолимый будильник не оставляет шанса на «еще хоть одну минуточку». А дальше начинается: помолился— встал — помылся/оделся — помолился, почитал Писание — завтрак сготовил — помолился и т. д., и т. п. Иными словами, ежедневная практика благочестия. Актуально? Еще бы! Без него шага не ступишь, не вздохнешь толком, не выдохнешь без смущения. Именно поэтому первое занятие курса «Аскетика: духовная практика Православия» в духовно-просветительском православном центре во имя преподобного Александра Свирского было посвящено теме «Внешние формы благочестия: их духовное значение».

69882.b

фото: Александр Осокин, pravoslavie.ru

Помню, когда впервые столкнулась с названием этого курса, то по-неандертальски сказала «гы!». Первая ассоциация со словом «аскетика»  — это суровые монахи в рубище, проводившие дни в посте, труде и молитвах, питавшиеся чем Бог послал посредством пернатых, отказавшиеся от всего и вся во Имя Христово. А главный вектор их жизни — спасение.  Т. е. это совсем не кирпичная  коробка современного здания, где сидят люди в джинсах и читают Библию по смартфону. Но — декорации преходящи. Да. Главное — вектор жизни сохранен. «Чего ради мы тут собираемся? — взывал к собравшимся молодым и не очень людям Дмитрий Иванов, руководитель курса. — Чтобы узнать, как спасаться, и применять это в каждодневной жизни! Поэтому начнем мы с благочестия, чтобы потом перейти к духовным навыкам и привычкам».

ОК. Благочестие так благочестие. На Руси легче найти святого, чем порядочного, — учит нас великая русская литература. Т. е. мелочами нам свойственно пренебрегать до крайности. Зачем нам вникать в тонкости литургии, жития святых, церковный устав, чего там диакон бубнит, о чем священник взывает, открывая волю Божию? Это пресно. Мы ждем, когда Сам Спаситель в окружении ангелов спустится с небес и проречет напрямую: «Не покупай, Феодор, «Жигуль», а покупай «Форд Транзит». Нас же это занимает даже в храме и спать спокойно не дает. И тем не менее, с течением времени делается понятным, что в Церкви нет мелочей. То, что с первого раза кажется факультативным, ненужным, непонятным и скучным, — на самом деле плод твоего «нерушимого союза»  невежества, лени и нелюбви. Это лечится.

Словосочетание «православное благочестие» звучит несколько тавтологично.  В древности под словом «честь» христиане понимали правильное отношение к Богу, к предкам, а затем — и к ближним.  Впоследствии в это понятие стали вкладывать следующий смысл: твердое следование заповедям Божиим и церковным уставам. И если внимательно вчитаться в такое определение, то заметишь, насколько оно спасительно, потому что содержит в себе профилактику формализма, которого мы все опасаемся, имея перед глазами сонмы жутких примеров «святого сатанизма». Когда до буквы выполнено внешнее — поклоны, крестное знамение в нужном месте в нужное время, длина юбки и ширина платка, тихий голос, правильные слова, но при этом гордость, презрение и высокомерие к не столь преуспевшим на благочестивом поприще. Выполнение заповедей Божиих подразумевает постоянное возрастание личности в любви, на основе которой строится жизнь — и духовная, и бытовая. Без этого соблюдение церковных уставов суть упражнения в безжизненных ритуалах.

Далее возникает технологический вопрос — что делать и как делать? Апостол Петр во Втором соборном послании говорит: «Покажите в вере вашей добродетель, в добродетели рассудительность, в рассудительности воздержание, в воздержании терпение, в терпении благочестие,  в благочестии братолюбие, в братолюбии любовь» (2 Пет.  1, 5 — 7). Таким образом, мы видим, что благочестие — это не та категория, которая возникает спонтанно, вдруг, из ниоткуда, оно воспитывается постепенно. Это, в конечном итоге, образ мыслей, мировоззрение, подбор слов в речи, одежда, поведение, взаимоотношения с людьми. Т. е. не нечто монолитное, но живое, динамически развивающееся, это путь, который приводит человека к состоянию праведности. Но это высокие материи, а на земле чуть проще.

Мой личный «опыт, сын ошибок трудных»,  складывался по пословице «что крестьяне, то и обезьяне», которую великий психолог Л. С. Выготский, если б его попросили, перевел бы как «подражание — источник возникновения всех специфически человеческих свойств сознания и видов деятельности»  или «подражание — путь для приобретения ребенком таких видов деятельности, которые выходят за пределы его собственных возможностей». Лучше не придумать. Упорядочивая свою жизнь, снимая кальку с поведения людей более опытных, ты можешь выйти за пределы своих возможностей. Через вложенный труд факультативное становится значимым, ненужное — необходимым, непонятное — очевидным, а скучное приказывает долго жить. Ты вошел в эту реку и поплыл, согласно течению.

Так что станем по мере сил внимать курсу «Аскетика: духовная практика Православия», не то будем ходить, не приведи Создатель, по слову древнего поэта Гая Петрония Арбитра, который писал, что на дорогах Рима бога легче встретить, чем человека.

Да не будет.

Валентина Калачева


Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *